Аль-Кинди работает в багдадском Доме мудрости. Там по заказу халифов переводчики перекладывают греческое философское и научное наследие на арабский, спасая для мира многое из того, что иначе затерялось бы.
Сам он правит эти переводы и пишет свои трактаты, пытаясь свести Аристотеля и неоплатоников с исламским богословием. Многие богословы смотрят на такую затею подозрительно. Зачем правоверному языческая мудрость, если весь нужный свет дан в Коране?
Отвечает Аль-Кинди спокойно и без раздражения. Истина есть истина, откуда бы ни пришла, от своего народа или от чужого. Стыдиться признать её и усвоить недостойно того, кто ищет знания.
При халифе Мутаваккиле климат меняется. К власти приходят богословы построже, философия попадает в опалу. По одной из версий, у Аль-Кинди отбирают библиотеку, а его самого подвергают публичной порке.
Писать он не бросает до конца жизни и оставляет, по разным подсчётам, больше двухсот пятидесяти трактатов: философия, математика, медицина, теория музыки.
Первый философ арабо-мусульманской традиции проложил дорогу, по которой пойдут Аль-Фараби, Ибн Сина и Ибн Рушд. За первый шаг он расплатился отобранными книгами и содранной кожей.