1535 год. Тауэр. Томас Мор сидит в камере пятнадцать месяцев — с тех пор как отказался подписать акт о супрематии. Это был не акт упрямства: для него подпись означала бы солгать о том, что он считал истинным.
Дочь Маргарет добилась права писать ему письма. Он отвечает.
Ропер — его зять — читал эти письма позже и описал их содержание: ни жалоб на условия, ни прошений, ни страха. Разговор о вещах, которые Мора интересовали всю жизнь: о совести, о природе согласия, о том, что происходит с душой после смерти.
Казнили его в июле. На эшафоте пошутил с палачом — помог подняться, предупредил, что спускаться уже сам сможет. Отодвинул бороду от плахи: она не совершила государственной измены.
Ропер записал это через двадцать лет, уже стариком. Мог что-то приукрасить. Но характер человека, который шутит перед смертью — не потому что не боится, а потому что страх не командует его действиями — это не выдумка.