Осень 43 года до нашей эры. Антоний, Октавиан и Лепид заключают Второй триумвират. Первым же делом они составляют проскрипции — списки тех, кого убивают без суда. Цицерон в числе первых: Антоний «Филиппик» ему не простил.
Об опасности он знает заранее, рабы и вольноотпущенники его предупреждают. Он несколько раз начинает собираться в дорогу, всякий раз останавливается на полпути и потом начинает снова.
Уплыть к Бруту в Македонию он мог, возможности были, но решиться не выходит. Плутарх пишет, что он устал от скитаний и вспоминает прежнее изгнание. Он стар, болен, и целей впереди у него больше нет.
В конце концов он всё же выезжает к морю. У имения в Формиях его настигают убийцы Антония. По преданию, он сам высовывает голову из носилок и спокойно смотрит на убийцу. Подойди ближе, говорит он.
Голову и обе руки отвозят Антонию. Тот выставляет их на форуме — те самые руки, что писали «Филиппики».
Стоиком в строгом смысле Цицерон не был. Но смерть у него вышла стоическая: когда бежать стало некуда, он принял неизбежное без суеты.