Лето 138 года н.э. Байи — курортный город у Неаполитанского залива. Адриан умирает долго и тяжело — болезнь сердца, водянка. Он несколько раз просил убить его — слуги отказывались. Он пытался найти способ сам — не получилось.
В промежутках между приступами — он диктует.
Стихотворение сохранилось. Пять строк на латыни: «Animula vagula blandula, hospes comesque corporis…» — «Душонка, бродяга, нежная, гостья и спутница тела, в какие края уйдёшь ты теперь — бледная, стылая, голая…»
Это последний разговор императора с самим собой. Не приказ, не завещание, не речь — стихотворение о неизвестном. Душа как гостья тела — образ, который мог прийти от платоников, от стоиков, от чего угодно, что Адриан читал за долгую жизнь путешественника и любителя культуры.
Ни уверенности, ни страха — только вопрос. «В какие края уйдёшь?» Адриан не претендовал на знание того, чего не знал.
Умереть с вопросом на устах — не слабость. Это честность. Марк Аврелий, которого Адриан косвенно приготовил к власти через цепочку усыновлений, усвоил этот урок: смотреть на смерть как на факт, без театра.