Петрарка боготворит Цицерона. Знает его речи почти наизусть, считает образцом латинского слога и ставит выше всех.
В 1345 году в Вероне он находит письма Цицерона к Аттику — переписку личную, которую тот не публиковал и на чужие глаза не рассчитывал.
Там открывается другой человек. Мятущийся, местами мстительный, непоследовательный. Писавший возвышенно о невозмутимости и невозмутимый меньше многих. Вернувшийся в политику после решения уйти из неё навсегда и погибший из-за этого возвращения.
Петрарка пишет ему письмо. Буквально: как пишут живому.
Упрекает прямо. Почему ты не жил так, как учил жить других? Что тянуло тебя обратно в эту грязь, когда можно было остаться в тишине и писать?
Это один из первых ренессансных текстов по самому устройству. Разговор с древним автором как с живым и несовершенным человеком, а не с непогрешимым источником цитат. Спорит Петрарка из любви, а не чтобы унизить.
Позже он напишет такие письма и другим: Сенеке, Вергилию, Гомеру. Соберёт их отдельной книгой.
В упрёке этом виден и он сам. Всю жизнь он разрывается между уединением и службой при дворе, между идеалом и обыденностью.
Цицерон не отвечает. Вопрос остаётся висеть, обращённый уже к автору письма.