«О природе вещей» Лукреция — поэма убеждённого эпикурейца: атомы, пустота, смерть как простое растворение, боги, которым нет никакого дела до людей. Почти всё то, с чем стоицизм принципиально не согласен по существу доктрины.
Сенека всё равно цитирует Лукреция в письмах несколько раз подряд — и всегда с явным удовольствием, без всякой оговорки о вражде школ. Сладко, когда на просторах морских разыгрываются ветры, с твёрдой земли наблюдать за большою бедою другого. Он берёт эту эпикурейскую строку и вставляет её прямо в собственный стоический аргумент, не видя в этом никакого противоречия.
Луцилий спрашивает в ответном письме: как это вообще возможно — читать откровенных философских врагов с удовольствием? Сенека отвечает: я читаю умных людей, а не своих солдат в строю. Из чужого лагеря тоже можно позаимствовать оружие для собственного дела — если оно действительно хорошо сделано.
Легко сказать такое вслух. Значительно труднее делать на практике. Большинство философских школ читают прямых противников только затем, чтобы после опровергнуть их аргументы. Сенека читает именно затем, чтобы учиться у них чему-то новому. Разница здесь именно в качестве самого мышления, а не в формальной принадлежности к школе.
Сам Лукреций пишет свою поэму, предположительно, в состоянии некоего безумия — по одной из версий позднейших комментаторов. По другой версии — это просто позднейшая легенда без реальных оснований. Достоверно одно: сама поэма получается по-настоящему великолепной. Сенека признаёт это без всяких оговорок, невзирая на школьную принадлежность автора.
Хорошие строки, судя по всему, не спрашивают предварительного разрешения у доктрины, из которой они формально вышли.