«Omnia, Lucili, aliena sunt, tempus tantum nostrum est» — это в первом письме. Но к теме он возвращался снова.
Письмо 77: «Omnia, Lucili, ita fac quasi spectante aliquo» — делай всё как будто на тебя смотрят. Это об ответственности. Но рядом — другое.
Письмо 1: «Ita fac, mi Lucili: vindica te tibi… Omnes horas complectere».
Один из советов в разных письмах — практика «последнего дня». Каждый вечер спрашивать: если этот день был последним, я прожил его достойно?
Это не депрессивное упражнение. Это — обострение. Люди, узнавшие о смертельной болезни, часто описывают: всё вдруг стало острее. Еда лучше на вкус. Люди важнее. Мелкие раздражения — исчезли.
Сенека предлагал воспроизвести этот эффект намеренно, без болезни.
Если каждый день — потенциально последний, то что останется важным? Что отпадёт?
Это прочищает от мусора.
«Один день хорошо прожитый лучше, чем целый век плохо прожитый» — Марк Аврелий. Они думали похоже.