Nemo damnum facit nisi qui id fecit quod facere ius non habet — «никто не причиняет вреда, кроме того, кто сделал то, чего не имел права делать». Павел разводит два понятия, которые в обиходе слиплись намертво: убыток и правонарушение.
Убыток бывает без нарушителя. Конкурент открыл лавку рядом и увёл покупателей; сосед выстроил дом и закрыл вид; урожай сгорел от засухи. Потери настоящие, ответчика нет.
Правило неудобно тем, что лишает пострадавшего адресата. Гораздо приятнее считать, что у всякой беды есть виновник, — тогда есть кому предъявить.
Стоики работали ровно с этим соблазном. Марк напоминает себе, что вещи происходят, а не поступают; сердиться на природу вещей — приписывать ей намерение, которого у неё нет. Сенека добавляет, что поиск виноватого в необратимом отнимает силы, нужные для поправимого.
Юрист скажет: иска нет. Стоик — что и обиде тогда взяться неоткуда.
Оба, впрочем, признают: убыток настоящий.