Диоген Лаэртский приводит два случая, в которых Эмпедокл действует как инженер.
Первый — в Селинунте. Город страдал от мора, шедшего, как считали, от вонючей реки; умирали люди, женщины выкидывали. Эмпедокл на собственные средства отвёл в неё две соседние реки, и вода, смешавшись, стала свежей. Мор прекратился. Когда селинунтцы пировали у реки, он явился к ним, и они встали и поклонились ему, как богу.
Второй — в Акраганте. Пассатные ветры выдували урожай, и Эмпедокл велел натянуть на холмах ослиные шкуры, чтобы задержать ветер. За это его прозвали Ветроудержателем.
Второй рассказ выглядит как объяснение прозвища задним числом, и прозвище тут, скорее всего, первично.
Сам Эмпедокл этой репутации не мешал. В поэме «Очищения» он обращается к согражданам так. Я хожу среди вас бессмертным богом, уже не смертным. Все чтут меня, увенчанного повязками и венками. Одни просят прорицаний, другие ждут исцеляющего слова.
При этом он же написал поэму «О природе». Там всё объясняется четырьмя корнями — огнём, воздухом, водой и землёй — и двумя силами, Любовью и Враждой, которые их соединяют и разделяют. Дыхание он объяснял через опыт с клепсидрой, зрение — через устройство фонаря.
О смерти его ходило несколько версий. Самая известная: он бросился в Этну, чтобы его сочли богом, а вулкан выбросил обратно бронзовую сандалию.