Lex oratoria — «закон красноречия». Квинтилиан в двенадцатой книге описывал, что делает речь по-настоящему хорошей, — и признавал: это нельзя полностью свести к правилам. Есть praecepta (предписания) — и есть нечто сверх них, что не формализуется.
Цицерон, обсуждая великих ораторов, отмечал: Красс и Антоний нарушали правила — и это было правильно. Правила написаны для среднего случая. Мастер чувствует, когда нарушить — и именно это нарушение оказывается самым убедительным.
Тацит в «Диалоге об ораторах» описывал lex oratoria как неформализуемое: великое красноречие не объяснить правилами — оно рождается из характера, образованности, опыта и чего-то ещё, что нельзя назвать.
Стоическое соответствие: lex naturalis — закон природы — то же: он известен через phronēsis, а не через перечень правил. Марк Аврелий не следовал букве стоического учения — он понял его дух и применял гибко.
Lex oratoria и lex naturalis — оба указывают на одно: мудрость выше правил. Знать правила — необходимо. Знать, когда и как их применить — это и есть мастерство, которому правила не учат, но к которому они ведут.