Sceleris in scelere supplicium est — «наказание за преступление заключено в самом преступлении». Строка произносится в финале «Геркулеса», когда герой приходит в себя после убийства детей.
Формула снимает вопрос об исполнителе кары. Она не отсрочена, не поручена богам и не зависит от суда: деяние и есть приговор.
Марк формулирует то же прозой: дурной поступок вредит прежде всего сделавшему, поскольку тот становится человеком, который так поступает.
Ход этот в стоической системе следует из определения блага. Если благо только добродетель, то порок и есть единственное настоящее зло, а всё внешнее — обстоятельства.
Отсюда неудобное следствие, которое школа принимала: наказание уже состоялось, и добавлять к нему нечего.
Возражение известно и высказывалось всегда. Пострадавшему от такой арифметики не легче, и Сенека это признаёт, оставляя за судом его работу.
Геркулес в трагедии требует казни для себя. Тесей его отговаривает.