Memoriae aeternae — «вечной памяти». Формула стоит на римских надгробиях рядом с посвящением манам и обозначает назначение памятника.
Обещание в ней устроено так, что проверяется само собой. Надпись сохранилась — значит, память в каком-то смысле длится; но имя, вырезанное под ней, обыкновенно не говорит нам ничего.
Эпиграфисты собрали таких надписей десятки тысяч. Из них мы знаем, сколько лет прожил человек, кем работал, кто его похоронил, — и больше ничего.
Марк разбирал этот механизм подробно. Посмертная слава есть забвение с отсрочкой, писал он; хвалящие тебя умрут тоже, и следующие не будут знать даже имени.
Он же добавлял, что дело следует делать независимо от того, вспомнит ли кто-нибудь.
Ирония в том, что записки Марка сохранились, а имена на плитах — нет. Хотя плиты рассчитаны были именно на это.
Камень, к слову, стоит дольше папируса. Он просто не сообщает достаточно.