Quantus tremor est futurus — «каков будет трепет». Строка открывает вторую строфу «Dies irae», секвенции, которую с XIII века пели на заупокойной мессе.
Грамматически это восклицание, а не вопрос: латынь пользуется вопросительным словом для усиления, и ответа не предполагается.
Авторство приписывают Фоме Челанскому, первому биографу Франциска Ассизского; доказательств немного, а текст держится в обиходе восемь веков.
Устройство секвенции стоит внимания. Первые строфы описывают суд в третьем лице, отстранённо; примерно с середины появляется «я», и остальное произносится от первого лица.
Стоическая параллель отсутствует по существу, и это надо сказать прямо: суда над собой извне у них не предполагалось. Зато была вечерняя проверка — Секстий и Сенека перебирали день, и функцию она выполняла ту же.
Разница в сроке. Одна процедура ежедневная, другая однократная.
Моцарт на этой строфе, к слову, остановился. «Реквием» дописывали ученики.