О Нагарджуне достоверно известно мало: жил, вероятно, во II–III веках в Южной Индии, житийные рассказы обросли легендами о змеях-нагах, у которых он получил спрятанные сутры.
«Муламадхьямака-карика» — коренные строфы о срединности — построена как последовательное опровержение. Он берёт понятие: движение, причину, время, страдание, самого Будду — и показывает, что при попытке помыслить его как существующее самостоятельно получается противоречие. Вывод: всё существует лишь во взаимной зависимости, и шуньята, пустота, означает не отсутствие вещей, а отсутствие у них собственной сущности.
Возражение напрашивается: если всё пусто, то пусто и это утверждение. Нагарджуна с этим соглашается — пустота тоже пуста и не является ещё одной сущностью. Тот, кто сделал из пустоты воззрение, говорит он, неисцелим.
Отдельно он разводит две истины: обыденную, в которой вещи есть и с ними обращаются, и высшую, в которой они лишены самобытия. Одна не отменяет другую.
Со стоиками совпадение узкое, но точное: обе традиции считают, что страдание держится на неверном суждении о том, чем являются вещи. Дальше пути расходятся полностью — стоик исправляет суждение, чтобы жить согласно природе, а Нагарджуна показывает, что и природа не имеет самостоятельного существования.
Что читать: «Муламадхьямака-карика», глава XXIV — о двух истинах.