Гийом дю Вер служил в парижском парламенте, был дипломатом, потом хранителем печати и епископом Лизьё.
Жизнь его пришлась на религиозные войны. Варфоломеевская ночь, осада Парижа, убийства двух королей подряд.
В осаждённом Париже он произнёс речь против Салического закона в редакции Лиги. Выступление это считают одним из поворотных в пользу Генриха IV.
Писал он между делами. «Нравственная философия стоиков» — короткое изложение учения по-французски, без учёного аппарата, для человека, которому надо жить сейчас. Там же «Утешение в общественных бедствиях» и перевод «Руководства» Эпиктета.
Смысл предприятия виден из обстоятельств. Страна тридцать лет резала себя по вопросу о вере, и вопрос о том, что в человеческой власти, а что нет, стоял буквально.
Вместе с Юстом Липсием в Нидерландах он составляет то, что называют неостоицизмом, — попытку соединить стоическую этику с христианством.
Оба обходили одно и то же затруднение. Стоическое учение о судьбе плохо согласуется с промыслом и свободной волей, и оба решали его смягчением: судьбу переименовывали в провидение, а безразличное оставляли безразличным.
Через дю Вера стоики вошли во французскую словесность. Его читали Шаррон и Декарт, а позже Корнель, у которого стоическая твёрдость стала материалом для трагедии.
Монтень при этом шёл в другую сторону. Он тоже начинал со стоиков, а кончил тем, что писал: мудрость не в том, чтобы всегда держаться прямо, а в том, чтобы гнуться и не ломаться.