Mutato nomine — переменив имя. Оборот отломан от горациевой строки в первой сатире: чего смеёшься? смени имя — история про тебя. Гораций рассказывает о скряге, читатель успевает посмеяться, и тут его берут за плечо.
Отдельно от продолжения формула употребляется как помета: то же самое, только под другим названием.
Оба употребления держатся на одной операции — снятии имени с истории и проверке, что останется.
Стоики сделали её упражнением. Публилий Сир советовал исправлять свой порок на чужом; смотреть на чужой безопасно, там нет защитной реакции, и задача только в том, чтобы сделать второй шаг.
Плутарх, поймавший себя на гневе, когда секомый им раб спокойно спросил, где же тут философия, оставил редкий честный протокол такого второго шага.
По Россу (1977), объяснение поступка меняется в зависимости от того, чей он: своё списывают на условия, чужое на человека. Имя и есть то, что запускает это расхождение.
Проверка занимает секунду и делается молча. Убери имя и спроси, знаком ли сюжет.
Обычно знаком. Гораций на это и рассчитывал.