Mysterium iniquitatis — «тайна беззакония». Апостол Павел во Втором послании к Фессалоникийцам (2:7) писал о «тайне беззакония, уже действующей» в мире. Это не объяснение зла — признание его необъяснимости. Mysterium — потому что зло превышает рациональное объяснение.
Августин в «Граде Божьем» думал о зле через privatio boni — «лишение блага»: зло не имеет собственной субстанции, оно — отсутствие добра там, где оно должно быть. Это снимает проблему «откуда зло», но не отвечает на вопрос «почему так много его».
Григорий Великий в «Моралии» описывал страдание Иова как встречу с mysterium iniquitatis: невинный человек страдает — и никакого рационального объяснения нет. Ответ Бога из вихря — не объяснение, а расширение перспективы.
Стоическое соответствие: стоики объясняли зло через пrovidentiam — разумный порядок включает то, что кажется злом. Это «зло» на деле — часть целого, смысл которого мы не видим. Марк Аврелий принимал это не как теорию, а как практику: «не называй злом то, что не зависит от моего hegemonikon».
Разрыв между Григорием и Марком Аврелием: один стоит перед тайной и смиряется с непониманием. Другой переопределяет зло так, что оно перестаёт быть злом. Оба позволяют продолжать жить. Разными путями.