Филон живёт в Александрии, где иудейская, греческая и египетская традиции переплетены теснее, чем где-либо в Средиземноморье. Он получает греческое философское образование, читает Платона в подлиннике и остаётся при этом внутри иудейской традиции.
Современники считают эти пути почти несовместимыми. Греческая философия строится на разуме, иудейская вера на откровении и законе. Филон ставит задачу иначе: показать, что ведут они к одному, только говорят по-разному.
Метод у него аллегорический. Библейский рассказ, кроме буквального смысла, несёт и иносказательный, созвучный философии. Изгнание из рая он читает как падение разумной души в мир чувственного. Странствия Авраама — как путь души от вещественного к созерцанию единого Бога.
Он вводит понятие Логоса, божественного разума-посредника между непостижимым Богом и миром. О христианстве он, судя по всему, не слышал, но перекличка с позднейшим христианским учением о Логосе разительная.
Есть у него и часть биографии, к философии отношения не имеющая. В 40 году он возглавляет посольство александрийских иудеев к Калигуле после погрома в городе. Приём выходит унизительным: император водит просителей по стройке и между делом спрашивает, отчего они не едят свинину. Филон описал это сам.
Иудейская традиция позже почти забывает его как слишком грека. Христианские богословы, начиная с Климента Александрийского, читают внимательно.