Narratio rerum gestarum — «повествование о совершённых делах», история. Цицерон в «Об ораторе» дал самое известное определение истории: «Historia testis temporum, lux veritatis, vita memoriae, magistra vitae, nuntia vetustatis» — «История — свидетель времён, свет истины, жизнь памяти, учитель жизни, вестник старины».
«Magistra vitae» — «учитель жизни» — ключевой функциональный атрибут: история ценна как хранилище exempla. Читать историю — значит учиться у мёртвых.
Тит Ливий в «Ab Urbe Condita» реализовывал это: его история Рима — прежде всего коллекция нравственных примеров. Камилл, Сципион, Катон — образцы virtus для читателей.
Тацит иначе понимал историческое повествование: не хвала добродетели, а анатомия власти. Его история — предостережение, а не вдохновение.
Стоическое соответствие: Марк Аврелий читал историю именно как magistra vitae. В «Размышлениях» он регулярно возвращался к историческим образцам: «Александр, Цезарь, Помпей — и где они теперь?» История как «обнуление» тщеславия.
«Magistra vitae» работает только если читатель активен: не просто читает, а задаёт вопросы «что это говорит мне?».