Nemo laeditur nisi a se ipso — «никому не наносится вред, кроме как им самим». Иоанн Златоуст вынес это в заглавие трактата, написанного в ссылке, куда его отправила императрица; он умер в дороге, так и не добравшись до места назначения.
Мысль в устах человека, потерявшего кафедру, город и здоровье, звучит иначе, чем в устах благополучного проповедника. Он не утверждает, что зла не существует. Он проводит границу: тело можно бить, имущество отнять, имя опорочить, — а повредить тому, что делает человека собой, извне нельзя.
Стоики говорили это на два века раньше почти теми же словами. Эпиктет в «Энхиридионе»: оскорбляет не тот, кто бранит, а наше суждение о том, что нас оскорбили. Марк записывал короче — убери мнение «мне навредили», и вреда не станет.
Формула опасна тем, как легко её обратить против пострадавшего. Стоики применяли её только к себе — и это единственное употребление, при котором она не делается подлостью.
Златоуст умер в Команах. Трактат дошёл.