Principis est virtus maxima nosse suos — «высшая добродетель правителя — знать своих». Марциал пишет это Домициану в восьмой книге эпиграмм, после его триумфа. Лесть, конечно: Марциал жил на подачки и льстил профессионально. Но лесть удачная, потому что случайно верная. Домициан, впрочем, «своих» знал плохо — его убили свои же, в спальне, через несколько лет.
Стоики понимали эту фразу без придворного оттенка. Марк открывает «Размышления» списком людей — деда, отца, матери, учителей — и тем, что взял от каждого. Не заслугами. Долгами. Он знал своих по именам и помнил, кто чему научил. Антонин Пий, его приёмный отец, по свидетельству Марка, помнил просителей и не нуждался в подсказках.
Слово nosse — «знать» в смысле «быть знакомым», как знают лицо. Не досье. Узнавание.
Стоическая справедливость начинается с этого: нельзя воздать каждому своё, если не знаешь, кто перед тобой. Правитель, который не различает людей, справедлив разве что статистически.
Психология подтверждает с неожиданной стороны. Робин Данбар в 1992 году оценил число устойчивых связей, которые способен держать человеческий мозг, примерно в полторы сотни. Дальше люди сливаются. Правитель, у которого подданных миллионы, обречён не знать своих — и тем ценнее те, кто пытался.
Марк пытался. Домициан — нет. Оба умерли; помнят одного.