Жак Деррида родился в Алжире, в еврейской семье; в двенадцать лет его исключили из школы по расовым квотам режима Виши. Во Францию он приехал студентом, дважды провалил вступительные в Высшую нормальную школу и поступил с третьей попытки.
Известность пришла в 1966 году, после доклада в Университете Джонса Хопкинса, и с тех пор слово «деконструкция» ушло далеко за пределы того, что он им называл. Деконструкция — не разрушение и не произвольное толкование. Это чтение, при котором текст проверяется его собственными средствами: там, где автор строит противопоставление, обнаруживается, что одна сторона держится за счёт другой и без неё не существует.
Речь и письмо, природа и культура, внутреннее и внешнее — в каждой такой паре, показывал Деррида, первый член объявлен исходным, а второй производным, и вся западная традиция устроена этим предпочтением. Достаточно проследить, как первый член описывают, чтобы увидеть: описывают его через второй.
Фразу о том, что вне текста ничего нет, поняли как отрицание реальности, и он потом много раз объяснял, что имел в виду другое: нет доступа к смыслу помимо истолкования, всякое понимание опосредовано.
Что читать
«Письмо и различие» (1967). Начать лучше с доклада «Структура, знак и игра в дискурсе гуманитарных наук», который Деррида прочитал в Университете Джонса Хопкинса в 1966 году.
Был ли Деррида стоиком?
Нет. Деррида не называл себя стоиком, и деконструкция растёт не из стоической традиции. Читатели иногда сопоставляют его с Эпиктетом: тот учил, что человека тревожат не вещи, а мнения о вещах, а у Деррида до вещей тоже не добраться без истолкования. Выводы расходятся: стоик хочет исправить суждение, а Деррида считает, что окончательно исправленного суждения не будет.