Арриан записал восемь книг «Бесед». До нас дошли четыре.
Что было в остальных четырёх, известно только по обрывкам. Часть фраз сохранил Стобей, византийский составитель антологий, живший через три с лишним века. Он выписывал понравившееся, не заботясь о порядке, и благодаря этой прихоти уцелело то, что иначе исчезло бы совсем.
Отдельно от «Бесед» уцелел «Энхиридион» — краткое извлечение, составленное тем же Аррианом для тех, у кого нет времени на восемь книг. Именно он и разошёлся по свету.
У «Энхиридиона» вышла особая судьба. В христианских монастырях его переписывали, заменив языческие имена: Сократ превращался в апостола, Зевс в Господа, а всё остальное оставалось как есть. Так руководство греческого раба разошлось по библиотекам, где стоическая философия была не в чести.
Утраченное подсчитать нельзя. Половина того, что Арриан слышал и записал, пропала до всякого учёта, и мы даже не знаем, о чём там шла речь.
Из уцелевшего складывается фигура настолько цельная, что потери замечаешь не сразу. Читатель обычно узнаёт о них случайно и с запозданием.