Эратосфен заведует Александрийской библиотекой, крупнейшим собранием знаний того мира. Читает он всё подряд: географию, математику, поэзию, хронологию.
За это коллеги прозывают его Бетой, вторым номером: во всём хорош и ни в чём не первый. Обижался ли он, неизвестно.
В одном из папирусов ему попадается деталь. В Сиене, нынешнем Асуане, в день летнего солнцестояния полуденное солнце освещает дно глубокого колодца целиком, без тени по краям. Значит, стоит оно ровно в зените.
Эратосфен проверяет, что в тот же день и час происходит в Александрии, севернее. Вертикальный шест тень отбрасывает. Он измеряет угол: около семи градусов, то есть примерно пятидесятая часть круга.
Дальше идёт расчёт. Если города лежат приблизительно на одном меридиане, а разница между ними составляет пятидесятую окружности, то вся окружность Земли равна расстоянию между ними, умноженному на пятьдесят.
Расстояние он берёт из отчётов землемеров, ходивших этот путь. Выходит двести пятьдесят тысяч стадиев.
Насколько это точно, зависит от длины стадия, о которой спорят до сих пор. При одном значении ошибка около шестнадцати процентов, при другом — меньше двух.
Ни разу не покинув Египта, человек с прозвищем Бета вычислил размер планеты по длине одной тени.