«Размышления», книга пятая, первый абзац. На рассвете, когда трудно подняться с постели, пусть утешит тебя одна мысль: я встаю, чтобы делать дело человека. Или я рождён лежать под одеялами в тепле?
Пишет он это себе, не читателям. Читателей у него не предполагалось. Это личный дневник по-гречески, случайно уцелевший.
Дальше в том же абзаце идёт честная оговорка. Но под одеялом приятнее, чем на холоде. Значит, ты живёшь ради удовольствия, а не ради дела? Разве не видишь, что растения, воробьи, муравьи, пауки и пчёлы делают каждый своё, не споря с собой по утрам?
Марк был императором Рима. Вставать рано ему было незачем: нужное сделают без него, доклады подождут, лишний час сна правителю никто не поставит в упрёк.
Он всё равно встаёт до рассвета. И записывает себе, зачем — чтобы не по привычке.
Над этой записью потом посмеивались: великий император не может подняться с постели, как всякий лентяй. Но она, пожалуй, самая честная в книге. Нежелание вставать он признаёт прямо, без позы безразличия к телесному. И поднимается.
В холодные дунайские утра, после смерти детей, в разгар чумы полежать под одеялом было бы понятно любому. Он встаёт снова и снова, находя для этого слова тогда, когда они нужнее всего.