Веспасиан пришёл к власти после года четырёх императоров и застал казну пустой: гражданская война, пожар Капитолия, иудейская война.
Он говорил, что для восстановления государства нужно сорок миллиардов сестерциев, и собирал их всеми способами, включая непопулярные.
Одним из них был сбор с содержателей сукновален, использовавших мочу из общественных уборных для обработки тканей.
Светоний рассказывает, что Тит упрекнул отца за этот налог как за неподобающий. Веспасиан взял монету из первой выручки, поднёс её к носу сына и спросил, воняет ли она. Тот ответил, что нет. Тогда Веспасиан сказал: а ведь она из мочи.
Формула pecunia non olet в такой форме у Светония не стоит — она позднейшая, — но сцена его.
Скупость его вошла в поговорку, и он о ней знал: сам шутил на этот счёт и не запрещал шутить другим.
Тот же Светоний сообщает, что перед смертью он сказал, что император должен умирать стоя, — и попытался подняться. Другая его предсмертная реплика была насмешкой над обычаем обожествлять покойных цезарей: увы, кажется, я становлюсь богом.
Стоики относились к нему без восторга: он выслал философов из Рима, а Гельвидия Приска казнил.
Сцена с монетой при этом ставит вопрос, который они разбирали всерьёз. Деньги — вещь безразличная; безразлично ли, откуда они взяты? Стоический ответ был отрицательным: способ действия не безразличен никогда.