Amicis qualibet hora — «друзьям — в любой час». Надпись из тех, что ставили на часах у входа в дом, и среди мрачных собратьев по жанру она стоит особняком: остальные считают, эта перестаёт считать.
Смысл прочитывается сразу. Прибор, назначенный размечать день на приёмные и неприёмные часы, объявляет исключение — и тем определяет, кто такой друг: тот, для кого расписание не действует.
Римляне вели время дома строго. Утренний приём клиентов, деловые часы, обед в девятом часу; опоздавший на званый ужин садился в самый низ. На этом фоне надпись выглядит не общим местом, а заявлением.
Сенека в письме 3-м пишет Луцилию, что с другом следует говорить обо всём, как с самим собой, — и жизнь в постоянной оглядке называет несчастной. Он же настаивает: сначала суди, потом доверяй; исключение из расписания выдаётся не всякому.
Часы, впрочем, продолжают идти. Просто на них никто не смотрит.