Чезаре Борджиа принял этот девиз как жизненный принцип — всё или ничего, власть или смерть. История распорядилась иначе: он умер в тридцать один год в бессмысленной стычке. Девиз, который казался символом силы, обнаружил свою уязвимость: человек, для которого есть только один приемлемый исход, зависит от него полностью.
Стоики разрабатывали противоположный принцип. Они различали «предпочтительные безразличные вещи» — то, к чему разумно стремиться, — и настоящее благо, которое в добродетели. Стремиться к успеху разумно. Но «aut Caesar aut nihil» — это уже патология: ты передал своё благополучие в руки обстоятельств.
Марк Аврелий формулировал иначе: «Делай то, что требует твоя природа. Иди прямо, если можешь. Если нет — в ту сторону, которая ближе к прямой». Это не капитуляция — это гибкость мудреца. Aut Caesar aut nihil — ловушка, которую ставит собственное тщеславие.