De profundis clamavi ad te, Domine — «из глубины воззвал я к тебе, Господи». Первый стих псалма, который читали над умершими и который дал название целому жанру.
Слово profundum означает глубину морскую и бездну; латынь не уточняет, идёт ли речь о положении внешнем или внутреннем, и обе традиции толкования существуют.
Глагол стоит в прошедшем времени, и это редко замечают. Не «взываю», а «воззвал»: говорящий сообщает о состоявшемся действии, находясь, по-видимому, всё там же.
Оскар Уайльд назвал так письмо из Редингской тюрьмы; заглавие дал издатель, но выбрал точно.
Стоической параллели здесь нет, и подставлять её было бы натяжкой. Взывать у них не к кому: провидение безлично, и Марк прямо пишет, что просить о перемене обстоятельств бессмысленно.
Зато есть общее в положении говорящего. Оба текста — и псалом, и «Размышления» — написаны людьми, которым не к кому было обратиться в наличных обстоятельствах.
Ответа в псалме, к слову, нет. Есть только ожидание.