Настоящее имя её неизвестно: Юлианой её называют по церкви святого Юлиана в Норидже, при которой она жила замурованной в келье — таких затворниц называли анкоритами. Келья имела окно в храм и окно на улицу, через второе с ней разговаривали приходящие.
В мае 1373 года, в возрасте тридцати лет, она тяжело заболела и была соборована. В эти дни, по её словам, ей было явлено шестнадцать «откровений». Она выздоровела и записала краткий отчёт. Потом двадцать лет размышляла над увиденным и написала длинную версию — «Откровения Божественной любви», первую известную книгу, написанную женщиной по-английски.
Богословие в ней необычное для XIV века, времени чумы и проповедей о каре. Юлиана настаивает, что гнева в Боге нет вовсе, и разбирает притчу о слуге, упавшем в яму: господин смотрит на него без упрёка, потому что тот упал, спеша исполнить поручение. Она говорит о Христе как о матери — и делает это не метафорически мимоходом, а развёрнуто.
Знаменитая её фраза — ответ на вопрос о грехе и страдании: грех неизбежен, но всё будет хорошо. Важно, что сказано это женщиной, жившей при чуме, унёсшей треть Европы, и в городе, где она видела последствия из своего окна.
Что читать: «Откровения Божественной любви», глава 27 — о том, что грех неизбежен.
С римским стоицизмом её роднит устройство утешения: оно не отменяет боли и не обещает её отсутствия. Оно предлагает другое место, с которого на боль смотрят.