Fallitur egregio quisquis sub principe credit — обманывается всякий, кто при отличном государе верит, что рабство исчезло: свобода не бывает никогда приятнее, чем при благочестивом царе. Клавдиан пишет это в панегирике и вкладывает похвалу в двусмысленную форму.
Двусмысленность признаётся историками намеренной или, во всяком случае, неустранимой. Утверждение хвалит правителя и одновременно сообщает, что положение подданных зависит от его нрава, а не от устройства.
Тацит выразил то же прямо: при Нерве соединилось прежде несовместимое — принципат и свобода.
Историки права отмечают, что вся конструкция принципата держалась на личном авторитете и не имела правового ограничения власти: полномочия передавались законом, но пределов им закон не ставил.
Отсюда и колебание качества правления от лица к лицу.
Стоическая часть касается той же зависимости. Марк был императором и писал, что как Антонин имеет отечеством Рим, а как человек — мир; он же оставил власть сыну, и сын правил иначе.
То есть дар отменяется тем же способом, каким дан.
Клавдиан хвалил и оговаривался.
Оговорка оказалась долговечнее похвалы.