Festinat suprema — «последняя торопится». Подразумевается час, и подразумевание это обеспечено самим прибором: подлежащее размечено на циферблате.
Выбор глагола делает надпись необычной. Обыкновенно торопится человек, а время идёт равномерно; здесь роли переменены, и спешит именно тот час, о котором никто не знает, когда он.
Приём этот жанру свойствен. Часовые надписи регулярно наделяют время волей: оно ранит, убивает, не щадит, бежит, — и всякий раз человек оказывается предметом, а не действующим лицом.
Стоики пользовались обратным приёмом. Марк настаивает, что вещи не действуют и не спорят, они происходят; действующее лицо только одно, и это ты.
Разница между двумя картинами не поэтическая. Из первой следует спешить, из второй — распоряжаться.
Сенека соединял обе: жизнь коротка, но делаем её короткой мы сами.
Часы, впрочем, идут с одинаковой скоростью весь день. Спешка приписана им читателем.