Genus iudiciale — «судебное красноречие». Первый и важнейший жанр римской риторики: речи в суде о прошедшем событии. Предмет — справедливое или несправедливое. Результат — осуждение или оправдание.
Цицерон оставил десятки судебных речей: Веррины (против Гая Верреса, казнокрада, 70 до н. э.), Про Клуэнцио, Про Милоне, Про Архиа. Каждая — образец работы с фактами, эмоциями, законом.
«Про Архиа» — оправдание поэта, обвинённого в присвоении римского гражданства — содержит знаменитое отступление о ценности поэзии для государства. Формально нерелевантное — но именно оно запомнилось: «Другие науки питают юность, украшают старость…»
Квинтилиан разбирал стратегии genus iudiciale: как работать с судьями (status causae), как строить защитную или обвинительную часть, как опровергать противника.
Стоическое соответствие: стоики думали о суде иначе. Цицерон признавал: иногда хороший адвокат должен защищать того, кого считает виновным, — ради системы права. Марк Аврелий, вынося приговоры как судья, старался смотреть на факты, а не на ораторское искусство.
Вечный вопрос genus iudiciale: может ли риторика служить справедливости, если её можно использовать и для несправедливости? Цицерон отвечал: да, при условии vir bonus. Стоики были менее оптимистичны.