Invidia — «зависть», от in-videre, «смотреть на» — с оттенком «смотреть недобро, косо». Римляне слышали в слове взгляд: завистник — тот, кто смотрит. Дурной глаз, oculus invidus, — из той же семьи.
Цицерон в четвёртой «Тускуланской беседе» кладёт её в стоическую таблицу как вид aegritudo, скорби: печаль о чужом благополучии, которое не вредит завидующему. Последнее уточнение — суть. Зависть — единственная страсть, у которой нет причины: чужое благо ничего у тебя не отнимает. Оно просто есть. И этого достаточно.
Спиноза определил короче всех: зависть есть ненависть, которая заставляет печалиться чужому счастью и радоваться чужому несчастью. Ненависть — потому что направлена на человека. Печаль — потому что уменьшает тебя.
Стоики предлагали снять зависть двумя ходами. Первый: чужое благо — не благо, а безразличное; деньги и слава ничего не стоят. Второй: даже если благо, оно чужое, и чужое не твоя потеря. Катон привёз с Кипра философа вместо добычи и, кажется, никому не завидовал.
Психология нашла зависти боль. Хидехико Такахаси в 2009 году показал на томографе: зависть активирует переднюю поясную кору — ту же, что физическая боль. Слово invidia оказалось точным. Смотреть косо — больно смотрящему.