Male secum agit aeger, medicum qui heredem facit — дурно устраивает свои дела больной, который вписывает врача в завещание. Строка звучит как чёрная шутка и даёт точную формулировку конфликта интересов за две тысячи лет до появления термина.
Римляне относились к врачам без пиетета: профессия была греческой, нелицензированной и репутационно сомнительной. Плиний Старший писал о медицине с раздражением человека, знающего слишком много случаев.
Сенека, впрочем, спорил с этой подозрительностью и посвятил отдельные страницы врачу, который лечит не по обязанности: там, где начинается участие, счёт за услугу перестаёт покрывать оказанное. Он различал ремесло и отношение — и то и другое встречается у одного человека.
Стоическая часть тут не в недоверии, а в порядке проверки. Прежде чем взвешивать совет, посмотри, что советующий получает при каждом из исходов. Совет от этого не становится ложным. Он становится проверяемым.
Декарт, спрятавший рукопись после суда над Галилеем, оценивал именно интерес судей, а не их аргументы.
Публилий Сир завещание составлять не запрещает. Он предлагает не совмещать пункты.