Per fas et nefas — через дозволенное и недозволенное. Fas у римлян означало разрешённое божественным законом, nefas — запретное им; это была граница не государственная, а религиозная, и нарушивший её осквернялся.
Ливий употребляет оборот о людях, идущих к цели любым путём, и слышится в нём не восхищение, а диагноз.
Формула описывает состояние, при котором различение перестало работать. Не «выбрал недозволенное», а «перестал различать»: оба разряда слились в один по признаку годности для дела.
Стоики считали это порчей распоряжающейся части. Добродетель у них была неделима: тот, кто отменил границу в одном месте, отменил её вообще, потому что критерий один.
Тацит показал ту же операцию с политической стороны, вложив в уста британского вождя слова о пустыне, которую называют миром.
Психологи описывают постепенное смещение нормы: мелкие отступления, каждое из которых допустимо на фоне предыдущего, сдвигают границу без всякого решения её сдвинуть; Ариели с коллегами собирал данные об этом в двухтысячных.
Отсюда римская осторожность к первому шагу за черту. Второй делается легче.
А различение восстанавливается труднее, чем отменяется.