Providentia — «провидение», от pro-videre, «видеть вперёд». Слово скромное: не всеведение, а предусмотрительность, как у хозяина, который запасает зерно до зимы. Стоики приложили его к миру: если космос разумен, то он предусмотрителен, и всё в нём устроено с расчётом, включая то, что нам кажется бедой.
Сенека написал трактат с этим названием, отвечая Луцилию на самый старый вопрос: почему, если миром правит провидение, с хорошими людьми случается плохое? Ответ Сенеки не всем нравится. Плохое случается с хорошими потому, что они хорошие: провидение, как строгий отец, закаляет тех, на кого рассчитывает. Регул в Карфагене, Катон в Утике — не жертвы, а экзамены.
Боэций в тюрьме спорил с самой Философией о том же и получил ответ тоньше: провидение видит всё разом, судьба разворачивает это во времени, и то, что кажется хаосом снизу, сверху — узор. Не утешение. Перспектива.
Христианство взяло слово, сохранив спор.
Психология изучает не провидение, а веру в него. Мелвин Лернер в 1980 году описал «веру в справедливый мир» — склонность считать, что каждый получает по заслугам, — и показал её теневую сторону: обвинение жертв. Стоическое провидение этого не требует. Оно не обещает справедливости каждому. Оно обещает порядок целому — и предлагает найти в нём своё звено.