Rara temporum felicitate, ubi sentire quae velis et quae sentias dicere licet — «по редкому счастью времён, когда дозволено чувствовать что хочешь и говорить что чувствуешь». Тацит вставляет это в предисловие к «Истории», объясняя, почему берётся писать именно сейчас.
Похвала устроена как приговор. Слово rara сообщает, что нормой было обратное, и всё правление Домициана, которое Тацит пережил молча, стоит за этим прилагательным.
Формула различает две свободы, которые обычно смешивают. Первая — думать что хочешь; вторая — говорить что думаешь. Вторая заметна, первую отнимают тише: человек, долго молчавший из осторожности, со временем перестаёт формулировать и про себя.
Тацит описывает этот механизм в «Агриколе»: пятнадцать лет молчания отняли у поколения речь, а с нею и память о том, как говорят. Стоики называли это порчей внутреннего согласия — привычкой соглашаться прежде, чем рассмотрел.
Счастье времён Тацит признавал искренне. Прилагательное он поставил всё-таки первым.