Ubi verba non sunt ambigua, non est locus interpretationi — «где слова не двусмысленны, толкованию места нет». Правило родственно тому, что запрещает толковать ясное, и добавляет к нему условие: двусмысленность должна быть показана, а не объявлена.
Порядок здесь и есть содержание. Сначала предъявляется неоднозначность — два прочтения, оба грамматически возможные, — и только потом начинается разбор. Толкователь, начинающий с разбора, обычно уже знает, к чему придёт.
Лоренцо Валла в XV веке применил ту же процедуру к знаменитому дарению Константина и показал подделку через язык: слова там оказались не двусмысленными, а невозможными для IV века.
Стоическая часть касается чтения себя. Собственное правило, вдруг потребовавшее толкования как раз в тот вечер, когда его не хочется исполнять, скорее всего, вполне однозначно.
Двусмысленность — редкое свойство текста. Гораздо чаще встречается нежелание.