Spes ultima dea — «надежда последняя богиня». Формула означает, что надежда уходит последней, когда прочие опоры исчезли.
У римлян Spes действительно была божеством: храм её стоял на Овощном рынке, и она изображалась на монетах с цветком в руке.
Отношение к ней было двойственным. В мифе о Пандоре надежда осталась в сосуде, когда все беды вылетели, — и толкователи спорили две тысячи лет, была она последним благом или последним бедствием.
Стоики держались второго прочтения и обосновывали его механикой. Гекатон Родосский, по свидетельству Сенеки, требовал перестать надеяться, чтобы перестать бояться: оба состояния обращены к будущему и держатся друг на друге.
Сенека в письме 5-м добавляет образ: надежда и страх идут связанными, как конвойный с арестантом.
Взамен они предлагали работать с настоящим, поскольку оно единственное доступно.
Цветок, к слову, на монетах распустившийся. Не бутон.