Tuta scelera esse possunt, secura non possunt — «преступления могут быть безопасны, спокойны — нет». Вся сила фразы в различении двух латинских слов, которые русский язык сливает.
Tutus — защищённый снаружи: укрытый, недосягаемый для преследования. Securus — от sine cura, «без заботы»: спокойный внутри. Сенека утверждает, что первое достижимо, а второе нет, и что вторая недостача — само наказание.
Он пишет это Луцилию, разбирая знаменитое дело Клодия, оправданного подкупленными судьями: приговора не было, покоя тоже.
Аргумент этот уязвим и Сенеке возражали уже в древности: люди спят прекрасно и после худших дел. Он отвечал, что покой их держится на неведении о том, чем они стали, и что цена такой сделки обнаруживается позже.
Стоическая часть здесь не про кару. Марк формулирует то же без всякой мистики: дурной поступок вредит прежде всего сделавшему, поскольку он остаётся человеком, который так поступает.
Судей, к слову, потом высмеивал весь Рим. Защищённость оказалась недолгой.