Urbi et orbi — городу и миру. Формула папского благословения, произносимого дважды в год; в обиход она вошла как обозначение объявления, обращённого ко всем сразу.
Корни у неё имперские. Рим отождествлял себя с обитаемым миром — Овидий писал, что пространство города и мира совпадает, — и латинская игра urbs и orbis держится на созвучии, которое в переводе теряется.
Стоическая часть касается разницы между этими двумя адресатами. Марк писал, что как Антонин он имеет отечеством Рим, а как человек — мир, и что полезно первому не всегда полезно второму.
Различение это у него не риторическое. Оно определяло решения: милость к детям Кассия была невыгодна городу и обязательна для человека.
Психология межгрупповых отношений с шестидесятых устойчиво показывает, что расширение круга своих меняет поведение измеримо — от готовности помогать до оценки чужих поступков.
Oikeiosis стоиков и есть последовательное расширение этого круга: от себя к семье, к городу, к роду людскому.
Формула, произносимая с балкона, охватывает оба разом. Порядок в ней, впрочем, сохранён исходный.
Сначала город.