Vive memor leti, fugit hora — «живи, помня о смерти: час бежит». Персий вставляет это в пятую сатиру, обращённую к учителю-стоику Корнуту.
Строение фразы стоит внимания. Первое слово — императив «живи», и лишь потом идёт напоминание; порядок обратный тому, к какому нас приучили переводы.
Продолжение сатиры договаривает: вот это, что я говорю, уже отнято.
Персий был учеником Корнута, стоика, и умер в двадцать восемь лет, оставив шесть сатир — единственное, что успел. Корнут после его смерти отредактировал книгу и отказался от завещанной ему библиотеки в пользу сестёр поэта.
Формула его отличается от горацианского carpe diem адресатом усилия. У Горация день срывают, здесь помнят о смерти и живут — два действия одновременно, а не одно вместо другого.
Стоики держались именно второго варианта. Сенека: обращайся с каждым днём как с последним, и не ради прощаний, а ради порядка в делах.