Non est mortale quod opto — «не смертного я желаю». Слова принадлежат Фаэтону, требующему у отца-Солнца дать ему на день управление колесницей.
Продолжение мифа известно. Кони понесли, земля загорелась, Юпитер сбил колесничего молнией, и тот упал в реку Эридан.
Строку эту брали девизом гуманисты, а Джордано Бруно поставил её эпиграфом к диалогу — с полным пониманием того, чем кончил Фаэтон. Через несколько лет его сожгли на Кампо деи Фьори.
Двусмысленность формулы, стало быть, входит в её употребление. Она годится и как заявление о честолюбии, и как признание в самонадеянности.
Стоическая оценка была бы недвусмысленной. Эпиктет: желать того, что не в твоей власти, значит назначить себе несчастье; Фаэтон просил именно этого.
Овидий, впрочем, не морализирует. Он описывает падение подробнее, чем полёт.
Отец, к слову, отговаривал. Он поклялся исполнить просьбу раньше, чем услышал её.