Марк Аврелий: философ на троне

Мальчик, которого Адриан звал Правдивейшим

Марк Анний Вер родился в 121 году в Риме, в семье испанского происхождения, давно осевшей в столице и породнившейся с императорским домом.

Отец умер, когда мальчику было около трёх лет; воспитывали его дед и мать, Домиция Луцилла. Император Адриан обратил на него внимание рано и, играя с его родовым именем Вер, звал его Verissimus — Правдивейший.

«История Августов» сообщает, что лет с двенадцати он взялся за философию всерьёз: носил греческий плащ, спал на голых досках и лишь по настоянию матери согласился стелить шкуры.

Источник этот ненадёжен и склонен к украшательству, так что подробности стоит принимать с осторожностью. Но сама наклонность подтверждается всем последующим.

В 138 году Адриан устроил преемственность на два поколения вперёд: усыновил Антонина Пия с условием, что тот усыновит семнадцатилетнего Марка и юного Луция Вера. Выбора у Марка не было.

Разрыв с риторикой

О его юности известно необычно много, потому что сохранилась переписка с учителем.

Фронтон, лучший латинский ритор эпохи, учил его красноречию и переписывался с ним годами. Письма эти — редкость: в них видны бытовые подробности, шутки, жалобы на здоровье, обмен любезностями и настоящая привязанность.

Там же видно, как ученик уходит от учителя. Марк постепенно охладевает к риторике и объясняет это прямо: его занимает философия, а не искусство говорить.

Решающим оказалось знакомство с текстами Эпиктета. В первой книге «Размышлений» он благодарит Юния Рустика за то, что тот дал ему прочесть записи бесед из своего собрания, — и там же за то, что отучил его от увлечения красивым слогом.

Двадцать лет

Правление, начавшееся в 161 году, читается как перечень бедствий.

Сразу — война с Парфией на востоке, затянувшаяся на несколько лет. Следом вернувшиеся с востока войска принесли эпидемию, которая шла по империи волнами больше десятилетия; оценки потерь расходятся, но речь идёт о миллионах.

С севера начались вторжения германских племён, и Марк Аврелий провёл на дунайской границе большую часть последних лет жизни. В 175 году наместник Востока Авидий Кассий, получив ложное известие о его смерти, объявил себя императором; мятеж кончился через три месяца убийством самого Кассия.

В 169 году, при пустой казне, император устроил на форуме распродажу дворцового имущества, чтобы не вводить новых налогов.

Разбор его способа управлять — в отдельном гайде «Стоицизм и лидерство».

Что такое «Размышления»

Записи он вёл в этих обстоятельствах: в лагерях, между докладами, по-гречески.

Двенадцать книг неравного объёма. Первая стоит особняком — это перечисление того, чем он обязан родным и учителям, двадцать с лишним пунктов. Остальные не имеют ни порядка, ни дат, ни адресата.

Пьер Адо, посвятивший тексту отдельную книгу, назвал такие записи духовными упражнениями. Марк Аврелий не излагает учение и не объясняет его: он прикладывает известные положения к тому, что происходит с ним сегодня.

Отсюда и повторы, которые смущают читателя. Одни и те же три-четыре мысли возвращаются десятками раз: всё меняется; мнение о происходящем — моё; жизнь коротка; люди поступают дурно по неведению. Он возвращается к ним не потому, что забыл, а потому что они не держатся сами.

Утренняя часть этой практики разобрана в гайде «Утренние практики стоика», общая тема конечности — в гайде «Memento mori».

Три записи

Три места дают представление о тоне лучше пересказа.

Вторая книга открывается заготовкой на день: с утра говори себе наперёд, что встретишь любопытного, неблагодарного, наглого, завистливого; всё это с ними от незнания добра и зла, и никто из них не может мне повредить.

Там же — итог о человеческой жизни, звучащий почти мрачно: время — точка, вещество — течёт, восприятие смутно, тело тленно, слава сомнительна; всё телесное — река, всё душевное — сон и туман, жизнь — война и странствие на чужбине.

И пятая книга начинается с уговора, знакомого каждому: поутру, когда лень подниматься, скажи себе — я встаю для человеческого дела; или ты создан для того, чтобы лежать под одеялом и греться?

Ни одна из трёх записей не рассчитана на читателя. Первая — приём, вторая — довод против собственной суетности, третья — уговор с собой в четыре утра.

Философ на троне

Платоновскую мечту о правителе-философе применительно к нему поминают постоянно, и стоит посмотреть, что из этого выходит на деле.

Совпадение внешнее: человек, всерьёз занимавшийся философией, действительно оказался во главе империи. Дальше начинаются расхождения.

Платон предполагал, что философ будет устраивать государство согласно знанию о благе. Марк Аврелий ничего не переустраивал: он вёл войны, разбирал судебные дела, назначал наместников и правил примерно так же, как его предшественники, — тщательнее многих, но в тех же рамках.

Философия у него занимает другое место. Она не даёт программы управления; она даёт способ выдерживать управление, не портясь при этом. Отсюда и содержание записей: там нет ни одного рассуждения о наилучшем устройстве государства, зато много о том, как не разозлиться на просителя.

Есть и вопрос, который стоит задать честно. Улучшила ли философия его правление? Проверить нельзя: не с чем сравнивать. Известно лишь, что человек с абсолютной властью каждый вечер напоминал себе о её ничтожности, — и что при жизни этой властью он не злоупотребил.

Сам он формулировал требование к себе резче любого критика: смотри, не оцезарись, не пропитайся пурпуром — это бывает; оставайся простым, честным, серьёзным, другом справедливости.

Потери

Из тринадцати или четырнадцати его детей взрослого возраста достигли немногие.

О смерти сына Вера он, по сообщению историков, скорбел сдержанно и вернулся к делам через несколько дней. Фаустина, жена, с которой он прожил тридцать лет и которая сопровождала его в походах, умерла в 176 году; войско звало её матерью лагерей.

В «Размышлениях» об этом почти ничего нет — только косвенно, через постоянные напоминания о непостоянстве всего.

Стоическое отношение к потере он излагает без утешений: любимого человека не отнимают, а возвращают, потому что он не был твоим. Формулировка эта восходит к Эпиктету, и Марк Аврелий пользуется ею, разбирая собственные утраты.

Где он не справился

Обзор без этого раздела превратился бы в житие, а он на него не претендовал.

Преемник. Власть он передал сыну, нарушив сложившийся порядок усыновления лучшего; правление Коммода закончилось тиранией и убийством. Историки спорят, был ли выбор, но результат известен.

Христиане. При его правлении шли гонения, в том числе казни в Лионе в 177 году. О его личном участии судить трудно; политика была его.

И то, в чём он признаётся сам. Записи полны возвращений к одним и тем же слабостям: раздражению, тщеславию, нежеланию заниматься делами. Ни в одном месте он не сообщает, что справился.

Как сохранился текст

Судьба книги едва не оказалась короче судьбы империи.

Античные авторы почти не упоминают её; первое надёжное свидетельство относится к X веку. Печатное издание вышло только в 1559 году, а рукопись, с которой его готовили, впоследствии пропала.

Сегодняшний текст держится на позднем ватиканском списке и на этом утраченном издании. Ни одного древнего экземпляра нет.

Об изданиях и переводах — в гайде «Стоицизм: какие книги читать».

Почему это читают

Кассий Дион, писавший через полвека, оставил о нём фразу, объясняющую притягательность текста: он не имел того благополучия, которого заслуживал, но сумел сохранить себя и уберечь империю среди огромных трудностей.

Читателя привлекает не система — её там нет — и не литературные достоинства, которых автор не искал.

Привлекает положение, в котором велись записи. Человек с неограниченной властью и хроническим нездоровьем, среди войны и эпидемии, каждый вечер напоминал себе, что раздражаться на людей бессмысленно, что слава ничего не стоит и что завтра надо встать и делать своё дело.

Он умер в 180 году в лагере на Дунае, вероятно в Виндобоне — нынешней Вене. Последняя книга «Размышлений» заканчивается замечанием, что уходить следует так же спокойно, как созревшая олива падает с ветки, благодаря вырастившее её дерево.

---

Первоисточники

• Марк Аврелий. Размышления. Перевод А. Гаврилова.
• Переписка Марка Аврелия с Фронтоном.
• Кассий Дион. Римская история — книги LXXI-LXXII.
• «История Августов» — Жизнеописание Марка Антонина Философа.