Диоген Лаэртский собрал изречения Антисфена в шестой книге, открывающей раздел о киниках.
Одно из них короткое. Услышав, что его хвалят дурные люди, Антисфен сказал: боюсь, не сделал ли я чего дурного.
Логика тут простая и неприятная. Похвала сообщает не о хвалимом, а о хвалящем: одобряют то, что признают своим. Значит, чтобы понять, что означает похвала, надо сперва посмотреть, кто её произносит.
Рядом стоит другое его замечание, о том же предмете. Лучше попасть к воронам, чем к льстецам: одни пожирают мёртвых, другие живых.
Собственную репутацию он проверял тем же способом. На вопрос, что дала ему философия, отвечал: умение разговаривать с самим собой. На вопрос, чему следует учиться, — отучаться от дурного. Говорил, что добродетели нужна не многословная наука, а сила Сократа, и что она достаточна для счастья.
Сократовскую выучку тут видно прямо. Сократ в «Критоне» отговаривает друга бежать из тюрьмы тем же доводом: в делах справедливого и постыдного слушать надо не многих, а одного знающего, как в гимнастике слушают тренера, а не толпу.
Писал Антисфен много. Диоген Лаэртский перечисляет десять томов: о языке, о поэтах, о государстве, о справедливости, о воспитании. Не сохранилось почти ничего, кроме двух речей — за Аякса и за Одиссея, спорящих об оружии Ахилла.