Антисфен слушает Сократа много лет — приходит пешком через весь город из Пирея, каждый день, не пропуская почти ни одной беседы. Он уже немолод, уже сам учит риторике за плату, но бросает прежнюю карьеру ради этих разговоров на афинской агоре.
Со временем он начинает одеваться демонстративно бедно. Одна и та же рваная накидка — зимой и летом, дождь или зной. И вот однажды он оборачивает её так, чтобы дыра оказалась на самом видном месте, — то ли случайно, то ли (что вероятнее) вполне намеренно, для пущего эффекта перед прохожими.
Сократ замечает это первым. Смотрит внимательно, потом произносит вслух, чтобы услышали окружающие: сквозь дыры в твоём плаще я вижу твоё тщеславие.
Это одна из самых точных шуток дошедших до нас от Сократа. Антисфен хочет казаться человеком, полностью равнодушным к мнению толпы, — и делает это настолько показательно, что сама демонстрация равнодушия превращается в новую форму тщеславия, просто вывернутую наизнанку.
Антисфен не обижается — по крайней мере, источники об этом молчат. Возможно, потому что и сам это прекрасно понимает: полностью убрать тщеславие из человеческой природы не получится никогда, можно только менять его форму.
Из этой самой позиции — вызывающей бедности, презрения к условностям, привычки говорить неудобную правду прямо в лицо — вырастет школа киников. Диоген придёт к Антисфену учеником уже после этой сцены — и доведёт саму идею до конца, поселившись в бочке.
Дыра в плаще остаётся с нами до сих пор — просто теперь она называется иначе.