По буддийским преданиям, сразу после просветления Будда проводит несколько недель в созерцании — никого не уча.
Потом встаёт вопрос: кому вообще говорить об открытом? Открытие противоречит тому, к чему привязано большинство людей, — к постоянству, к «я», к удовольствию. Реакция будет скорее отторжением, чем благодарностью.
«Зачем учить тому, чего трудно достичь? Тому, что идёт против страстей и ненависти, против течения, тонкому, трудноразличимому?» — спрашивает он себя, по преданию, вслух, в одиночестве под деревом.
Тогда, по легенде, приходит бог Брахма Сахампати и просит: есть существа с тонким слоем пыли на глазах. Без учения они деградируют. Но если услышат — поймут.
Будда оглядывает мир мысленным взором и видит его как пруд с лотосами: одни цветы глубоко в иле, другие на полпути, третьи уже почти над водой, вот-вот распустятся. Для тех, кто почти над водой, есть смысл говорить.
Сутта, где всё это изложено, называется «Просьба». Она входит в собрание связанных поучений и приводится в палийском каноне дважды.
Согласившись, Будда произносит: открыты для них врата бессмертного; пусть имеющие уши явят веру.
Потом он думает, кому сказать первому. Двое его прежних учителей, у которых он проходил созерцательные ступени, подходили бы лучше всех — но, по тексту, божество сообщает ему, что один умер семь дней назад, а другой прошлой ночью. Тогда он вспоминает о пятерых спутниках и идёт в Варанаси пешком.