Разговор с черепом стоит в восемнадцатой главе «Чжуан-цзы», которая называется «Высшее счастье».
Чжуан-цзы шёл в Чу и увидел у дороги пустой череп, обглоданный, но ещё сохранивший очертания. Он потыкал его хлыстом и стал спрашивать.
Довела ли тебя до этого жадность к жизни? Или гибель твоего царства и топор палача? Или дурное поведение и стыд перед родителями и женой? Или холод и голод? Или просто дожил до срока?
Потом положил череп под голову и лёг спать.
В полночь череп явился ему во сне. Речи твои, сказал он, похожи на речи говорящего. Всё, о чём ты спрашивал, — заботы живых, а у мёртвых их нет.
Дальше он объяснил, чего у мёртвых нет. Ни государя наверху, ни подданных внизу, ни забот о временах года. Они спокойны, как небо и земля, и даже царскому счастью с этим не сравниться.
Чжуан-цзы не поверил и предложил вернуть ему тело, кости и кожу, отца, мать, жену и соседей.
Череп нахмурился и ответил: неужели я откажусь от царского счастья ради человеческих трудов.
В той же книге есть и случай, когда умерла жена самого Чжуан-цзы. Пришедший с соболезнованием застал его сидящим на корточках и стучащим по глиняному тазу с песней.
Объяснение он дал такое: сначала он горевал, как все. Потом рассудил, что она была без формы, без дыхания, без жизни, и всё это возникло и опять переменилось, как чередуются четыре времени года. И что кричать над ней значило бы не понимать судьбы.
О собственных похоронах он распорядился в последней главе. Ученикам, желавшим пышного погребения, он сказал: небо и земля будут моим гробом, солнце и луна — украшением. Ему возразили, что тело расклюют вороны. Он ответил: наверху достанусь воронам, внизу — червям; зачем же отнимать у одних, чтобы отдать другим.