О Фенестелле известно немного. Он жил при Августе и Тиберии и написал «Анналы» не менее чем в двадцати двух книгах.
Сочинение утрачено полностью.
Уцелел он в цитатах, и цитаты эти особого рода.
Плиний Старший ссылается на него, когда речь идёт о том, когда в Риме появились цирюльники. Когда вошли в обиход серебряные зеркала. Когда начали привозить слоновую кость. При ком возникло то или иное установление.
Асконий, комментатор речей Цицерона, ссылается, уточняя обстоятельства процессов.
То есть Фенестелла занимался тем, что позже назовут историей повседневности: происхождением обычаев, вещей и учреждений.
В большой античной историографии это считалось второстепенным. Историк писал о войнах и государственных делах. Вопрос о том, когда римляне стали бриться, относился к антикварной учёности, стоявшей ниже.
Ирония в том, что именно эти подробности от него и остались.
Рассуждения о войнах и консулах, если они там были, исчезли вместе с текстом. Уцелели заметки о зеркалах и цирюльниках — потому что их процитировали в справочнике, а справочник переписывали.
В XV веке под его именем ходило сочинение «О римских магистратах». Оказалось, что это подделка гуманиста Андреа Флокко, издавшего собственный труд под античным именем ради веса.
Марк Аврелий писал, что от большинства людей не остаётся ни имени, ни памяти. От Фенестеллы осталось имя и десяток сведений о том, чего в его время никто не считал важным.